Home Favorite E-mail
Sakhalin Banner Exchange Sakhalin Banner Exchange Sakhalin Banner Exchange
Р
Е
К
Л
А
М
А
  Логин:  
  Пароль:  
  Регистрация Напомнить
| пароль
 
www.yandex.ru

Курс валют в банках г. Южно-Сахалинска




Сегодня: Понедельник, 26 июня 2017г.


Sakhalin Banner Exchange

[] [] []

ЧЭБОЛЬ: Блестящее прошлое и неопределенное будущее корейских гигантов

Стремительное экономическое развитие Кореи в последние десятилетия, т.н. «корейское экономическое чудо», неотделимо от истории огромных корейских концернов – чэболь, которые стали основой превращения некогда нищей Южной Кореи в мировую индустриальную державу. Чэболь появились в шестидесятые годы, причем они не возникли в результате «естественной» конкуренции на свободном рынке, а были созданы искусственно и целенаправленно.

Корея практически лишена полезных ископаемых, ее единственным наличным «ресурсом» в начале 1960-х гг. была дешевая и дисциплинированная, хотя и неквалифицированная, рабочая сила. Правительство генерала Пак Чжон Хи, пришедшее к власти в результате переворота 1961 г., сделало ставку на развитие экспорта. По замыслу генерала, Корея должна была превратиться в страну-фабрику, которая бы импортировала сырье и экспортировала готовую продукцию. Однако большинство карликовых корейских фирм того времени не могло даже и думать об успешном выходе на международный рынок. Конечно, со временем естественное развитие привело бы к укрупнению корейских компаний и к появлению успешных экспортеров. Однако Пак Чжон Хи не хотел и не мог ждать: катастрофическое положение в корейской экономике требовало немедленных действий.

После прихода к власти генерал целенаправленно «отобрал» несколько десятков фирм, которые казались ему наиболее перспективными (основным критерием отбора были при этом личные качества руководителей, а не особенности фирм). Этим привилегированным компаниям власти оказывали всяческую поддержку, обеспечивая льготный доступ к кредитам и иностранным инвестициям. Свою благодарность «избранные» должны были выражать не конвертами с валютой – взяток Пак Чжон Хи не брал, а дисциплинированным исполнением правительственных предписаний, главным из которых было «экспорт – любой ценой!» Так появились на свет южнокорейские «чэболь».

Типична в этом отношении история концерна «Хёндэ» (Hyundai). Основатель концерна Чон Чжу Ён, в молодости работал грузчиком и автослесарем, потом сам купил крохотную автомастерскую, а в 1947 г. вместе со своим братом основал строительную фирму. Брат знал английский, и это редкое по тем временам обстоятельство помогало получать выгодные заказы от американских военных. Однако настоящий рост «Хёндэ» начался только в 1960-е годы, когда Пак Чжон Хи решил, что одним из направлений корейского экспорта должно стать строительство «под ключ» объектов на Ближнем Востоке и в Юго-Восточной Азии. Чон Чжу Ён решил воспользоваться ситуацией, и взял подряд на восстановление взорванного во время Корейской войны моста в Сеуле. Контракт принес компании заметные убытки, но это не имело значения: главной функцией всего проекта была рекламно-пиаровская. Работы на столь заметном объекте в центре столицы были проведены с примечательной эффективностью и завершены досрочно. Этот успех, как и планировалось, привлек к Чон Чжу Ёну внимание самого президента, и вскоре компания «Хёндэ» была выбрана в качестве одного из главных экспортеров строительных услуг – сначала во Вьетнаме, где «Хёндэ» строила американские военные объекты, а потом – на Ближнем Востоке.

Показательна и история концерна «Самсон» (Samsung). «Самсон» возник еще в 1930-е гг. как… фирма по оптовой торговле сушеной рыбой. К 1961 г. «Самсон» уже был крупнейшей компанией страны, а его основатель Ли Бён Чхуль – богатейшим человеком Кореи. Переворот 1961 г. застал Ли в Японии, и поначалу он не спешил возвращаться на родину. На это были веские причины: военные власти объявили, что они сурово накажут всех тех «коррумпированных бизнесменов», которые активно участвовали в не слишком законной деятельности правительства Ли Сын Мана (1948-1960). Ли Бён Чхуль возглавил список подозреваемых – вполне заслуженно. Однако через месяц Ли добровольно вернулся в Корею, был арестован в аэропорту и препровожден сначала в тюрьму, а оттуда – в резиденцию Пак Чжон Хи. Генерал и бизнесмен нашли общий язык, и Ли получил амнистию на том условии, что отныне он будет работать с новой властью. Правда, взлет «Самсона» чуть не был прерван в 1966 г., когда сын основателя попался на расхищении кредитов и перепродаже товаров, полученных на льготных условиях. После этого Ли Бён Чхуль, следуя очень настойчивой просьбе генерала Пак Чжон Хи, совершил акт редкого для бизнесмена самоотречения: он подарил государству 51% акций своей компании – разумеется, совершенно добровольно (так, по крайней мере, было сообщено). Патриотический поступок был оценен, Ли Бён Чхуль остался президентом концерна.

Экономическая политика Пак Чжон Хи оказалась феноменально успешной. Корея, которая в начале шестидесятых годов была одной из беднейших развивающихся стран, к концу восьмидесятых превратилась в высокоразвитую промышленную державу. Среднегодовой рост ВНП в этот период составлял 8-10%. Экономика Кореи росла стремительно, и вместе с ней стремительно росли и чэболь. Точнее, чэболь росли даже быстрее, чем экономика в целом: ведь развитие Кореи было связано, в первую очередь, с экспортом, а экспортная продукция производилась преимущественно чэболь. Поэтому на протяжении 1960-1995 гг. доля чэболь в корейском ВНП постоянно увеличивалась. К 1975 г. продажи 5 ведущих чэболь вместе взятых составляли 13% от ВНП, а в 1985 г. – 53%, то есть более половины всего ВНП! Параллельно шла и активная диверсификация самих компаний. Уже к концу семидесятых годов большинство чэболь представляло из себя многопрофильные фирмы, которые стремились производить все: от радиоприемников до танкеров, от автомобилей до пулеметов.

«Хёндэ», сделав капитал на строительстве объектов на Ближнем Востоке, стала активно инвестировать в новые отрасли. В 1973 г. начала работать верфь «Хёндэ» , которая к 1984 г. сделала Корею второй кораблестроительной державой мира. Необходимые для строительства этой верфи иностранные кредиты были получены «Хёндэ» при прямой поддержке правительства. Правительство предоставило и финансовые гарантии, наличие которых помогло верфям «Хёндэ» получить первые зарубежные заказы. В семидесятые годы «Хёндэ» стала строить и автомобильные заводы, продукция которых вскоре пошла на экспорт. Усилиями бывшего автослесаря Чон Чжу Ёна к 1990 г. Корея вошла в число ведущих мировых производителей автомобилей. В 1983 г. была создана дочерняя компания Hyundai electronics, которая ознаменовала выход «Хёндэ» на рынок электронной продукции. Тем временем «Самсон» стал заниматься машиностроением (с 1974 г.) и кораблестроением (с 1977 г.), а также электроникой и полупроводниками.

Политика Чон Чжу Ёна и Ли Бён Чхуля была вполне типична. Точно так же действовали и другие чэболь «верхней десятки». «Тэу» (Daewoo), начав как строительная компания, стала заниматься кораблестроением, автомобилями, электроникой. Другая чэболь, LG, возникшая в 1947 г. как небольшая фирма по производству косметики, в правление Пак Чжон Хи заняла лидирующее положение в химической промышленности, а потом включила в сферу своих интересов производство бытовой электротехники и электроники, а также страхование. Концерн «Сонгён» (сейчас чаще именуется английской аббревиатурой SK) был основан в 1953 г. как пошивочная мастерская в провинциальном городе Сувоне. От постельных принадлежностей фирма в правление Пак Чжон Хи перешла к нефтехимии, а потом стала также заниматься производством синтетических материалов и технологиями связи. Политика агрессивной диверсификации была вызвана рядом причин: и желанием контролировать всю технологическую цепочку, и стремлением к росту, который воспринимался как высшая цель компании, и даже простым подражанием японским концернам дзайбацу, опыт которых был хорошо известен в Корее еще с колониальных времен.

Несмотря на свое стремительное развитие (а, возможно, именно из-за него) все чэболь оставались и остаются, по сути, семейными фирмами, пусть и разросшимися до гигантских размеров. Во главе фирм находятся либо их основатели, либо, чаще, сыновья-наследники основателей. Действующий руководитель обычно заранее решает, кому из сыновей или иных близких родственников предстоит стать его преемником. Во главе многочисленных дочерних фирм, входящих в состав чэболь, также находятся братья, племянники, сыновья и внуки Отца-Основателя, имя и деяния которого в большинстве чэболь окружены почти религиозным культом. Сложная система перекрестного владения акциями дочерних компаний означает, что чэболь фактически принадлежит сама себе, а все стратегические решения принимаются в правящем клане. Влияние «простых» акционеров, не являющихся членами Семьи, ничтожно, да и «посторонние» менеджеры, как правило, не могут занимать высших постов. Конечно, возможны распри внутри правящего клана, но происходят они редко и, как правило, остаются неизвестными посторонним: выносить сор из избы, посвящать посторонних в семейные конфликты в Корее не принято.

Связи с правительством, которые после гибели Пак Чжон Хи в 1979 г. стали носить все более коррумпированный характер, привели к тому, что чэболь уверились в собственной неуязвимости. Ошибочные решения и неудачные инвестиции, которые могли бы привести к банкротству обычную фирму, сходили им с рук потому, что государство всегда было готово прийти на помощь и спасти попавший впросак концерн. В результате и у руководства фирм, и у их персонала, и у корейского общества в целом сформировалась аксиома: «с чэболь, в отличие от малой фирмы, никогда и ничего случиться не может».

После того, как в 1987 г. военные передали власть гражданскому правительству, положение чэболь не слишком изменилось: они по-прежнему оставались основой корейской экономики, главным двигателем ее роста. Экономика в начале 1990-х гг. продолжала развиваться с головокружительной быстротой, а чэболь активно осваивали новые рынки (российский, восточноевропейский, индонезийский, но в первую очередь – китайский). Более того, чэболь стали все активнее переносить производство за рубеж, превращаясь в транснациональные корпорации. Впрочем, в отличие от «настоящих» ТНК, корейские чэболь сохраняют четко выраженный национальный колорит и неохотно принимают иностранцев даже на должности менеджеров среднего звена в своих зарубежных филиалах. «Аборигенам»-некорейцам в таких компаниях, как правило, очень трудно подняться выше определенного уровня.

Характерной особенностью восьмидесятых и девяностых годов стал быстрый рост задолженности чэболь. Корейские фирмы всегда легко прибегали к займам, на что был ряд причин. Во-первых, банки, в том числе и иностранные, охотно давали им такие займы, так как чэболь считались хорошими заемщиками: экономика росла быстро, и выплачивать долги было не очень сложно, а в случае проблем на помощь, как ожидалось, всегда придет правительство (банковские служащие часто просто давали кредиты за взятки, не особенно интересуясь положением дел в кредитуемых фирмах). Во-вторых, сами чэболь охотно брали в долг – по тем же самым причинам. В-третьих, увеличение капитала путем выпуска дополнительных акций представляло бы для руководства чэболь проблему, так как появление многочисленных «посторонних» акционеров в принципе могло ослабить семейный контроль над концерном. В результате в начале 1990-х гг. отношение задолженности к акционерному капиталу (debt to equity ratio) у корейских средних и крупных компаний составил 3,1 (для сравнения, аналогичный показатель в США равнялся 1,67, на Тайване – 0,87). У чэболь этот показатель был еще выше – в среднем в 1997 г. у 30 ведущих компаний отношение задолженности к акционерному капиталу равнялось 5,2.

Гром грянул внезапно, когда ничего, казалось бы, не предвещало проблем. В 1997 г. в ЮВА начался валютный кризис, первым признаком которого стало обвальное падение тайского бата. На первых порах корейцы были уверены, что проблемы их не коснутся, но кризис, во-первых, подорвал былое доверие международных инвесторов к восточноазиатским экономикам вообще и к корейской экономике в частности, а, во-вторых, нанес удар по корейским фирмам, которые сами активно инвестировали в ЮВА. Результаты сказались и на Корее, и 1997 г. стал годом банкротств чэболь, которые не могли справиться со своей огромной задолженностью. В начале года о банкротстве объявила «Ханбо». За ней последовал неожиданный крах «Киа» – крупнейшей корейской автомобилестроительной фирмы, входящей в ведущую десятку концернов (заводы «Киа» были впоследствии приобретены «Хёндэ»). В том же году обанкротилась еще одна чэболь – «Чинро». Столкнувшись с кризисом такого масштаба, правительство не могло не растеряться: спасти одну чэболь было можно, но одновременный крах нескольких концернов подряд было ударом, против которого корейская экономика устоять не могла. За крахом чэболь последовали многочисленные банкротства мелких и средних фирм. Среднемесячное количество банкротств, которое до кризиса обычно составляло 800-1000, достигло к концу 1997 г. уровня 3500. Наконец, в самом конце 1997 г. произошла катастрофическая девальвация корейской валюты, курс которой упал с 800 до 1600 вон за доллар. На выручку пришел МФВ, при поддержке которого Корее был предоставлен срочный стабилизационный 57-миллиардный кредит (часть денег предоставлялась МФВ, часть – Всемирным банком, часть – США). Ситуация стабилизировалась меньше чем через год: в 1999 г. рост ВВП составил 10,2%, а в 2000 г. – 8,8%.

Казалось бы, все в порядке: ситуация нормализована, кризис преодолен – и гораздо быстрее, чем ожидало большинство зарубежных аналитиков. Экономический рост продолжается, в с списке Fortune Global 500 можно найти названия двенадцати корейских компаний. Однако кризис оставил след, и чэболь пострадали едва ли не больше всего. Речь идет не столько о прямом финансовом ущербе, сколько о психологических потерях и утрате политического престижа. Одна из особенностей, которые бросаются в глаза в нынешнем Сеуле – потеря корейцами былого несокрушимого оптимизма, уверенности в том, что «завтра будет лучше, чем сегодня». В глазах многих старая экономическая политика, воплощением которой были и остаются чэболь, себя безнадежно скомпрометировала. Крах в 2000 г. еще одной чэболь – «Тэу», которая долгое время занимала второе-третье места в списке корейских компаний, а также явные трудности, переживаемые другим традиционным лидером – «Хёндэ», были восприняты многими как подтверждение неэффективности чэболь как таковых. Предсказуемым результатом такого отношения стали требования радикальной реформы корейских концернов. В новых условиях эти требования встретили понимание и у властей, в том числе и потому, что в начале 1998 г., непосредственно после кризиса, президентом страны стал бывший диссидент и оппозиционный лидер Ким Тэ Чжун – едва ли не самый левый из всех южнокорейских руководителей последних десятилетий.

В самом общем виде цель проходящих сейчас реформ можно сформулировать так: превращение чэболь в «нормальные» компании, их приближение к западным образцам. Реформаторы стремятся ликвидировать многие специфические черты чэболь, которые с точки зрения современной экономической ортодоксии являются «неправильными» и ассоциируются с коррупцией, отсталостью и неэффективностью. Речь идет, в частности, о многопрофильности чэболь. Под правительственным давлением концерны сейчас вынуждены специализироваться, выбирать приоритетные направления, отказываясь от неприоритетных производств и отправляя дочерние компании в самостоятельное плавание. Например, Hyundai Motors, автомобильное подразделение “Хёндэ», в 2000 г. превращено в самостоятельную фирму, формально никак не связанную с собственно холдингом «Хёндэ» (правда, во главе независимой компании стоит один из сыновей Чон Чжу Ёна, но, как понимает проницательный читатель, это ни в коей мере не делает компанию менее независимой!).

Предпринимаются активные попытки отделить управление от владения, добиться того, чтобы в руководстве концернов было бы больше профессиональных менеджеров, напрямую не связанных с кланами основателей. Впрочем, на высшем уровне «разделение управления и владения» пока остается всего лишь лозунгом: в апреле 2001 г. было объявлено, что следующим руководителем «Самсона», который в последние годы является крупнейшим концерном страны, станет 33-летний Ли Чэ Ён, внук основателя концерна Ли Бён Чхуля и единственный сын его нынешнего главы Ли Кун Хи. Пока будущий олигарх спешно заканчивает диссертацию в Гарвардской школе бизнеса.

Однако некоторые реформы вполне реально повлияли на положение чэболь. После кризиса 1997 г. президент Ким Тэ Чжун, вообще не страдающий пристрастием к чэболь, провел через парламент специальное законодательство, которое существенно ограничивает свободу деятельности 30 крупнейших концернов страны. В частности, для их инвестиций в новые компании теперь установлен потолок – не более 25% суммарных активов компаний. Ограничивается и размер задолженности чэболь, который, как правило, не должен превышать 200% от акционерного капитала (из этого правила делаются исключения для компаний, занятых в кораблестроении и строительстве, где сама специфика бизнеса требует периодически прибегать к крупным кредитам). Подобные меры понятны, ведь именно непродуманная инвестиционная активность чэболь в сочетании с их огромной задолженностью стала одной из причин кризиса 1997 г.

Каково же будущее корейских концернов? Превратятся ли они, как того хотят реформаторы, в «нормальные» ТНК – лишенные национального колорита, специализирующиеся в нескольких профильных отраслях и управляемые профессиональными менеджерами? Вернется ли все полностью или целиком на круги своя? Распадутся ли концерны, лишившись государственной поддержки и оказавшись неконкурентоспособными в новых условиях? Ответы на эти вопросы может дать только будущее, хотя автору этих строк кажется, что реформа концернов будет продолжена, но не доведена до конца – примерно так же, как случилось в Японии сороковых годов, где попытки реформировать дзайбацу завершились лишь частичным успехом. В любом случае, чэболь сыграли заметную роль в истории «корейского экономического чуда», и стали важной частью не только корейской, но и мировой экономики.

Андрей Ланьков

2002-01-04

0 0г.


[] [] []

Вернуться назад


Asia Banner Network (Русская сеть)

Сахалинское информационно-аналитическое агентство
Ученик.ru - тестирование On-Line Центр Перспективных Исследований (ЦПИ)
Сахалинская баннерная биржа. Сопка.Net - Информационно деловой портал Сахалинской области!
Сайт Андрея Ланькова
Asiatimes.RU
"Сеульский вестник"
 При использовании материалов просим ссылаться на webсервер http://www.koreana.ru/
 Материалы для публикации, пожелания отправляйте по адресу: admin@koreana.ru
Rambler's Top100 Rambler's Top100
Copyright © 2001 - 2011 Koreana.RU | It's developed by Сопка.Net